Больная Д., 34 лет, обратилась 26.06.70 г. в Ленгоронкодиснансер по поводу болезненных уплотнений в обеих молочных железах. Больна 5 лет. В течение этого времени врачи только наблюдали ее, по не лечили. В июле 1970 г. — секторальная резекция левой молочной железы. Гистологический диагноз: цистаденонапиллома.
Рекомендовано наблюдение. В декабре 1971 г. повторная секторальная резекция левой молочной железы.
Гистолический диагноз: кистозный фиброаденоматоз с цистаденонапилломами и пролиферацией эпителия. Рекомендовано наблюдение. В декабре месяце 1972 г. — секторальная резекция правой молочной железы.
Гистологический диагноз: кистозный фиброаденоматоз с образованием цистадепопапиллом. Наблюдение. В феврале 1974 г. — радикальная мастэктомия слева. Гистологический диагноз: кистознофиброзный фиброаденоматоз, малигпизнрованная цистаденонапиллома. В подмышечном лифматическом узле — метастаз сосочкового рака. Проведен послеоперационный курс, телегамматерапии. С 4 полей больная получила 10 700 рад (10,7 Гр).
В августе 1974 г. выполнена мастэктомия но Patoy правой молочной железы.
Гистологический диагноз: на фоне кистозного фиброадеяоматоза с резко иыражешюй пролиферацией участки железистосолидного рака. В последующие годы (1976, 1977, 1978 дважды, 1981) появлялись метастазы (гистологический диагноз: железистосолидный рак, солидноскиррозный рак, малигнизированная цистаденонапиллома), которые иссекались.
Химиотерапия (тиофосфамид, 5-фторурацил, циклофосфан) ограничена четырьмя курсами, после чего в связи с резким обострением хронического артрита и панкреатита прекращена.
В 1978 г. выполнена двусторонняя аднексэктомия. При гистологическом исследовании в яичниках обнаружены множественные фолликулярные кисты. В последующем, на протяжении 6 лет, получала оксипрогестерона канронат, тиреоидин.
В 1979 г. (в связи с высоким уровнем пролактина — 46,9 нг/мл и низким уровнем адреналина — 20,1 нмоль/сут) в комплексное лечение включен препарат 1-ДОФА. За 5 лет больная получила 1-ДОФА в суммарной дозе около 1500 г. (суточные дозы варьировались), оксипрогестерона каиропата 37 г. тиреоидина 144 г.
Кроме того, на протяжении этого времени назначалась разнонаправленная неспецифическая терапия (ретаболил, сирепар и другие гепатотропиые препараты, экстракт элеутерококка, ретинола ацетат, витамины С, B1, B6, препараты седативного действия, транквилизаторы и пр.). Препараты неспецифического действия назначались постоянно в разных сочетаниях и вариантах доз.
У больной было много тяжелых стрессовых ситуаций. Муж оставил ее сразу после первой мастэктомии. В то время у нее было двое малолетних детей и парализованная мать. За это время дети окончили школу. Сейчас продолжает ухаживать за парализованной матерью, сама являясь инвалидом I группы.
Новых рецидивов и метастазов нет.
В данном наблюдении на первый план выступает печальнопоучительная история, когда после уже выполненных трех секторальных резекций по поводу пролиферирующего фиброаденоматоза больную только наблюдали.
Во-вторых, проведенные 4 курса химиотерапии оказались неэффективными.
В-третьих, подключение в комплексное лечение 1-ДОФА дало далеко не быстрый эффект.
В-четвертых, упорство врача и непреодолимая жажда жизни больной ради детей и матери привели к тому, что уже 8 лет после появления первого рецидива и 10 лет после первой мастэктомии больная живет, имея к тому же и тяжелые сопутствующие заболевания.
Интересны данные о показателях катехоламинов в зависимости не от разовой, а от суммарной дозы 1-ДОФА и от общего объективного состояния больной.
«Гормоно-терапия предрака и рака молочной железы»,
Л.Н. Сидоренко